Ника Волина

ВОРОНИЙ ГЛАЗ

Птицы взлетают в небо одна за другой. Танцуют под облаками, кружат над парком, парят в воздушных потоках и разлетаются в разные стороны. Восток. Север. Запад. Юг. У птиц безошибочная ориентация. Они свободны в полете.

- Эта ворона каждое утро заглядывает к нам в окно. Она сидит на тополиной ветке и делает вид, что чистит клюв. А когда я наблюдаю за ней, старательно отворачивается. Как ты думаешь, что ей от нас надо?

- Не морочь мне голову, здесь полно ворон.

- Но эта не такая как все! У нее человеческое лицо... Ну, правда, очень похоже. Особенно, когда она смотрит прямо на меня. Я ее знаю, у нее на черной манишке три белых пятна.

- Далась тебе эта ворона.

- Мне просто интересно, зачем она прилетает.

- Наверно, сидит и удивляется, сколько может человек смотреть в окно, вместо того, чтобы летать по воздуху.

Некоторые птицы выбирают отдельный марщрут. Полный неожиданных опасностей и уникальных возможностей. Такие птицы покидают стаю. Они летают самостоятельно. Это редкие и сильные птицы. Они знают куда летят.

В Ярославской области видели обитателя Кавказских гор, настоящего грифа сип. А под Томском встречали тропических фламинго.

- Я специально на нее смотрю. Неделю назад она притащила что-то в клюве и склевала, но я не разглядела что.

- Ты хочешь есть? Я могу что-нибудь приготовить.

- Не в этом дело! Она знала, что я ее вижу и даже клевала как-то странно, со значением. Знаешь, вороны иногда питаются падалью.

- Забудь о ней.

- У нее и цвет другой. Остальные просто серые, обыкновенные вороны.

- Все вороны обыкновенные.

- А эта особенная. Она сидит на одной и той же ветке, самой удобной, что ли...

- Это похоже на навязчивую идею.

- Неужели непонятно, что это важно? Каждый день ворона смотрит на нас.

- Ты говорила, на тебя.

Птицам неизвестны человеческие границы. Им неинтересны верстовые столбы и километровые отметки. Они не оставляют следов на перепаханной контрольной полосе. Они умеют летать.

Туда, где сияет солнце и молчат снежные горы. В единственное место, где их не видит никто. Такое место есть на земле.

- А во второй половине дня она исчезает. Эта ворона будто ждет, когда я отвлекусь. Мне ни разу не удалось увидеть, как она взлетает.

- Удивительная ворона.

- Это не случайно.

- Завтра купим пистолет и убьем эту ненормальную ворону. Может, это тебя успокоит?

- Зачем ее убивать? Я просто хочу понять, что ей надо.

- Накроши хлеба на карниз, попробуй как-нибудь приручить ее.

- Пробовала. Крошки поедают голуби, а она не реагирует.

- Может, на нее находит столбняк?

- Что ей все-таки нужно?

- Спроси у нее.

- Я спрашивала. Она каркает.

- Было бы странно, если бы она читала стихи.

У птиц свой язык. Они общаются звуками и знаками. Птицы рисуют в воздухе несуществующие фигуры, тайные неведомые символы птичьего языка.

Они щебечут и громко кричат, одинаково радуясь куску хлеба, ясному солнцу, цветущим лугам и прозрачным ручьям.

- Знаешь, есть такой цветок - вороний глаз. Семейство лилейных. От лилии, что ли... С ядовитыми плодами.

- Понял, подарю на восьмое марта.

- Ну и юмор у тебя. Это такой цветок с четырьмя лепестками и шишечкой в центре. Из этой шишечки получается ягода или коробочка.

- Кстати, ты не видела коробку со скрепками?

- Слева, под бумагами. Ведь кто-то его назвал вороньим глазом. Ядовитый цветок.

- Держись от него подальше. И, пожалуйста, оставь в покое эту любопытную ворону.

- Если рисовать на стекле, она внимательно наблюдает за пальцем. Я обвела однажды ее контур. По-моему, ей не понравилось.

- Уговорила, ты мне ее покажешь.

- Лучше я покажу тебе вороний глаз. У меня есть иллюстрация в книге.

Когда смотришь на птиц - забываешь о смерти. Они парят и кружатся над миром, силой собственных крыльев побеждая земное притяженье.

Птицы живут в особом пространстве, точно зная - где, когда, и как долго им находиться. У этой свободы свои законы. Познать их - однажды стать птицей.

- Ну, что там с твоей вороной? Питается падалью или читает стихи?

- Она улетела.

- Вот как. Куда?

- В небо. Я смотрела на нее очень долго, просто стояла и ждала. Сначала она была неподвижна и, как всегда, смотрела на меня. Глаза в глаза. Больше часа. Потом долго готовилась, переступала с лапы на лапу, чистила клюв и перья, расправляла крылья...

- Стало быть, всерьез собиралась...

- Она взлетела рывком, оттолкнувшись от ветки, стала стремительно набирать скорость и высоту. Я прижалась к стеклу, чтобы лучше видеть. Она не выбрала направления, просто летела вверх! Все выше и быстрее...

- Вороны так не летают.

- Я же говорила, это странная ворона. Она была одна во всем небе.

- Прости, я забыл. Ну, и что дальше?

- А потом пошел дождь. Вернее, гроза.

- Минуточку... Ты говорила о вороне.

- Ударила молния и я отошла от окна. Тем более, что вороны больше не было видно.

- Надеюсь, она не вернется.

- Она исчезла. А я продолжаю смотреть в окно.

- Что там у нас новенького?

- На дереве распускаются листья. И стало гораздо теплей.

Птицы знают о человеческой жизни. Они видят с неба наши строения и машины, пролетая над городами.

Птицы сопровождают одинокого путника, бредущего по пыльной дороге. Они развлекают его веселыми трелями и рисуют воздушные знаки, приветствуя его путь.

Птицы видят тех, кто их видит. Они готовы пригласить нас в бесконечный полет к удивительному месту, в котором возможно все.