Ника Волина

ОХОТА

Накануне очередного праздника Диана снова чувствовала себя охотницей. Не то, чтобы она действительно чего-то хотела, а просто взгляд стал ясным, чутье обострилось, скорость мысли увеличилась и память творила чудеса. Она вдруг вспомнила пластилиновый балет на подоконнике. Вылепленные фигурки застыли в танце, а лунный свет придавал им очарование нереальности, загадки, чуда. Маленькая Диана заснула и увидела сотканный из пластилина и лунного света сон.

"Балерина выбежала на сцену и взмахнула руками как крыльями.

Зал взорвался аплодисментами.

Балерина подпрыгнула и взлетела вверх, к хрустальной люстре, мерцающей голубоватым светом.

По зрительному залу прокатился вздох, несколько человек встали, кто-то захлопал.

Балерина видела сверху сцену, на которую выбежали артисты из-за кулис, видела лица в зале, изумленные и недоверчивые. Ей хотелось успокоить всех и объяснить, что она просто не чувствует веса, а в остальном все в порядке, но люди стали кричать и вряд ли услышали бы ее.

Она медленно кружила вокруг люстры и искала любую возможность изменить ход событий, когда одна из женщин в зале вдруг вскарабкалась на спинку кресла, рискуя свернуть себе шею, и стала протягивать ей авоську с яблоками. Она хотела помочь ей спуститься.

Балерина удивилась, увидев авоську в театре, но это была рука помощи и она ухватилась за авоську.

Женщина постаралась удержать авоську с яблоками и балериной, но потеряла равновесие и невольно разжала пальцы.

С яблоками Балерина летела чуть ниже, но вдруг авоська лопнула и яблоки запрыгали по головам зрителей.

Теперь Балерина совсем не знала что делать.

Ведь в зрительном зале нет форточки, за которой находится другой мир.

И тогда Балерина взлетела к самому потолку.

Поначалу казалось, что она прилипла к потолочному своду, но через некоторое время зрители заметили, что потолок поднимается

вверх.

А некоторым показалось, что весь Театр оторвался от Земли и плавает в воздухе, как дирижабль."

Диана проснулась и подбежала к подоконнику.

Она так долго спала!

Жаркое летнее солнце успело растопить пластилиновые фигурки и они превратились в нелепых уродцев с оплывшими формами.

А потом мама отругала ее за испачканный подоконник.

И она перестала лепить из пластилина.

И больше не хотела стать балериной.

Вот только от снов невозможно было отделаться. Они дополняли жизнь такими подробностями и смыслами, которые Диана постигала не сразу, иногда даже годы спустя.

Хотя связь между явью и сном вполне очевидна.

Между тем приближался Новый Год.

Во внешнем мире суетливо спешили по улицам прохожие, мелькала реклама, раздавались дружеские звонки и откупоривались бутылки.

Охотничий инстинкт подсказывал Диане необходимость натянуть тетиву и выпустить золотую стрелу, но она не спешила.

Ведь праздник еще не наступил, и было время подумать.

Диана думала о тех, кого знала.

О Великом Мечтателе, Узнике Собственной Башни.

О Безумном Храбреце, Бегушим Над Пропастью.

О Прекрасной Даме, Хранительнице Настоящей Любви.

Она смотрела на них во сне и наяву, постепенно кусочки собирались в единую картину, которую Диана ни за что на свете не стала бы лепить из пластилина. А уж тем более ставить на подоконник под жаркое солнце.

Она ждала Нового Года и нового сна.

Вечером она засмотрелась на ветви дерева за окном, которые яростно трепал ветер. Этот танец дерева продолжился, когда она легла и закрыла глаза.

"Диана мчалась по лесу с колчаном за спиной. Бежать было так легко, что казалось возможным взлететь. Диана почуяла особый запах охоты, услышала призывный охотничий рог и увидела перекресток трех дорог, одна из которых поднималась в Небо, другая уходила под Землю, а третья вела в Мир Людей.

Диана достала лук и натянула до звона тетиву. Золотая стрела спела победную песню, отскочив от лука, и понеслась к цели.

Она настигла Зверя в тот самый момент, когда он вылез из-под Земли, и устремился в Мир Людей, где жили Великий Мечтатель, Безумный Храбрец и Прекрасная Дама. Стрела вонзилась в Зверя так глубоко, что его каменное сердце раскололось на куски. Она убила Зверя уверенно и метко, как убивает Стрела Дианы, то есть мгновенно.

Тогда Диана опустила лук."

Проснувшись, она долго лежала с открытыми глазами, заново узнавая собственную комнату, в которой любимые вещи были на своих местах, а нелюбимые валялись, как попало, или просто выкидывались.

Она чувствовала себя счастливой. Возможно, оттого, что за окном сияло зимнее солнце, а на подоконнике не было расплывшихся пластилиновых уродцев.

Впрочем, только глупцы ищут причины счастья. Не так ли?